Башкирский эпос-иртэк «Акхак-кола»
«Акхак-кола» («Аҡһаҡ ҡола» или «Хромой саврасый») – памятник башкирской словесности, башкирский эпос-иртэк, в котором повествуется о потомке благородных коней, вышедших со дна озера Шульган. Через это сказание башкирский народ рассказывал о своей тяжелой судьбе в эпоху феодальных отношений и пытался выразить свое стремление к свободе. В эпосе также хранятся знания и представления о мире, мировоззренческие установки, нравственно-этические ориентиры и эстетические ценности народа.
В эпосе рассказывается о саврасом жеребце по кличке Акхак-кола (дословно – Хромой саврасый). По сюжету эпоса, конь благородной породы лошадей, вышедших со дна озера Шульган, попадает в неволю к жестокому хозяину и, не выдержав такой жизни, сбегает от него и уводит за собой табун лошадей. Хозяйский сын Бай улы с помощниками отправляются в погоню за беглецами, настигают коней, просят вернуться, но после за ослушание убивают табун.

В других версиях, егет дает клятву Акхак-коле не наказывать убежавших лошадей, однако обманывает и стреляет из лука в их вожака. А раненый конь, в свою очередь, за нарушение клятвы ударом копыта убивает предателя.

Смысл этого народного сказания исследуется по сей день. По мнению ученых, в эпосе читается не только неизбежность наказания за жестокость и вероломство. В это произведение народ вложил гораздо более глубокие мысли и ценности.
Варианты произведения
Отметим, что эпос «Акхак-кола», как и другие народные предания, передавался из поколения в поколение сэсэнами, сказителями, и поэтому произведение дошло до нас в устном бытовании в различных вариантах.
В фольклорных фондах Башкортостана хранятся около 20 вариантов эпоса «Акхак-кола», записанных на территории нашей республики и Оренбургской области.
1907 год
1907 год
Мухаметша Бурангулов
Впервые сказание о хромом саврасом было записано в 1907 году башкирским поэтом и драматургом, фольклористом Мухаметшой Бурнангуловым в деревне Верхне-Ильясово Бузулукского уезда Самарской губернии от Хасана-сэсэна Бурангулова. Это единственная дореволюционная запись.
1943 год
1943 год
Гата Сулейманов
В 1943 году артист-кураист Гата Сулейманов записал предание о хромом саврасом в единстве мелодического исполнения от известного сэсэна Карима Диярова в деревне Басаево Баймакского района РБ.
1960 год
1960 год
Ахнаф Киреев (Кирей Мэргэн)
Наиболее полный вариант записан литературоведом Ахнафом Киреевым (Кирей Мэргэн) в 1960 году от сэсэна Гибадуллы Агишева в деревне Колман Оренбургской области.

В эпосе Акхак-кола – потомок коней, вышедших со дна озера Шульган, представитель благородной породы лошадей, считавшихся священными. Сразу же после рождения жеребенок получает увечье – повреждает ногу, становится хромым и начинает жить в неволе у людей. Хозяин использует жеребца на самых тяжелых домашних работах, отчего тот мучается и страдает. И вот однажды Акхак-кола уходит от хозяина и уводит за собой весь табун лошадей.
Нигмат Шункаров
Впоследствии короткие тексты с напевами, пересказы сюжета в сопровождении мелодии «Аҡһаҡ ҡола» были законспектированы фольклористами Нигматом Шункаровым, Ахметом Сулеймановым и другими.
1971 год
1971 год
Мухтар Сагитов
Эпос о хромом саврасом под названием «Биш ҡолон» («Пять жеребят») записан от учительницы-пенсионерки Зайнап Зубаировой в Уфе Мухтаром Сагитовым.

Здесь совершенно другое развитие событий и другие герои, за исключением жеребца. Акхак-кола не хочет покидать Урал, а Янузаку (егету, преследующему табун) нужно вернуться в места своего проживания в долине Туксорана. По совету и мудрым наставлениям аксакала Янузак решает остаться на Урале. Этот вариант эпоса навеян идеями отчизнолюбия, верности родной земле.
В целом, различия между текстами сэсэнов, за исключением версии «Биш ҡолон», незначительны. Почти все варианты сказания характеризуются устойчивостью содержания.
Различаются кульминационные моменты: в одном сказании за ослушание убивают весь табун, в другом – нарушив клятву, хозяин стреляет в Акхак-кола, за что жеребец убивает его ударом копыта. В третьем – сына бая до смерти растопчет сам табун.

В другой версии сказания концовка сюжета
иная – Акхак-кола убегает от хозяина, и раздосадованный Бай улы по пути домой останавливается у своей невесты. Ночью видит сон, в котором невеста предсказывает ему скорую погибель. Бай улы добирается до дома за 40 дней и замертво падает на землю. Рассказ сэсэна заканчивается словами: «Так, за то, что он нарушил клятву, Бай улы распрощался с жизнью».

Также встречался оптимистичный итог эпоса, где все остаются живы. Бай улы просит прощения у израненного им Акхак-колы, и хромой саврасый вместе с табуном возвращается победителем в кочевье хозяина.
Скрытый смысл эпоса «Акхак-кола»
В традиционной кочевнической экосистеме башкир лошадь была центральным звеном. Животное считалось символом богатства, критерием благосостояния и основой благополучного, обеспеченного бытия. Башкир берег своего коня, ухаживал за ним, случаи издевательства и антигуманного отношения к животному были крайне редки.
Конь – особо почитаемое животное и в эпических произведениях башкир. В башкирских сказках он изображается то в виде крылатого коня (Тулпар), то в виде всемогущего верного помощника-ясновидца (Буз Тулпар), то в образе мифического существа, с помощью которого можно одолеть любые преграды (Акбузат).
А вот Акхак-кола в одноименном сказании выступает как конфликтующий, борющийся против человека образ. Это ново для башкирского эпоса, и «идейный смысл сюжета нужно искать в общественных отношениях, сложившихся на фоне развития частной собственности и появления классов», считал башкирский писатель, ученый-фольклорист Ахнаф Киреев.

По его словам, события в произведении изображаются на фоне углубления социальных противоречий в эпоху феодализма, когда общество разделилось на классы, и одни стали угнетать других. И именно в этом произведении через образ Акхак-колы завуалировано был подан социальный образ ущемленного, униженного, истерзанного баями народа, а также его стремление и попытка уйти от своих угнетателей в поисках воли, счастья и лучшей судьбы, интерпретировали некоторые исследователи башкирских эпических сказаний.

В былые времена сказителям, действительно, нельзя было открыто говорить о борьбе народных батыров за социальную справедливость, это было бы равнозначно призыву к действиям. Поэтому сэсэны рассказывали о деятельности добрых положительных сил иносказательно.
«Краса коней», некогда одарившая человека счастьем, перестает выполнять функцию опоры и базы семьи, и превращается в орудие эксплуатации и объект угнетения, – отмечает А. Киреев. – В монологе-жалобе Акхак-колы сквозят мотивы призыва к борьбе против тяжелой доли».
«В произведении наглядно выступают контрасты и противоречия между классами, – продолжает ученый. – С одной стороны, описываются пирующие бии, ханы, властители, жены биев, наводившие красоту, с другой стороны, служанки, взбивавшие кумыс, снохи, идущие за водой». «Властители пируют, бии состязаются на скачках, с песней кумыс попивают», а на другом полюсе жизни – народные массы, представители труда, которые день и ночь покорно трудятся, испытывают гнет и вдобавок подвергаются унижениям.

Именно поэтому Акхак-кола в знак протеста не только ушел от хозяина, но и увел целый табун лошадей.
Имена героев сказания также носят определенную социальную нагрузку. Сына хозяина, отправившегося на поиски табуна, зовут Бай улы (дословно – сын бая, богатого человека), а его спутника, с которым он выехал на поиски табуна лошадей, – Карагул (дословно – черный раб). Бай улы ведет себя довольно высокомерно, надменно.

Когда в пути ему встречается пристанище, из него выходит девушка (в других вариантах – невеста) и предлагает ему помощь служанок, он презренно от нее отказывается.

Догнав табун, Бай улы призывает Акхак-колу вернуться, иначе говоря, сдаться. Предводитель животных соглашается на это при условии, что «только если никого не покалечишь», и требует его поклясться, съев при этом землю. Бай улы соглашается. «Если не сдержишь слова, клятва падет на твою голову», –произносит хромой саврасый. Кони сдаются, но хозяин нарушает клятву: берет лук, натягивает тетиву и пускает стрелу в Акхак-колу, но жеребец остается жив. Стрела попадает ему в хвост и, прочертив борозду вдоль хребта, пролетает насквозь, пронзив ухо.

Тогда, говорится в одном из вариантов сказания, Акхак-кола хромой ногой лягнул безжалостного хозяина, и тот тут же умер. «Потому что Бай улы нарушил свою клятву, которую дал, съев землю, и это, по воззрениям древних, считалось большим грехом», – заключает сказитель-сэсэн.

Есть еще несколько вариантов, заканчивающихся гибелью эпического героя. Таким образом, смерть хозяина означает гибель притеснителя, народ остается непобедимым.
О том, что в основе сюжета «Акхак-кола» лежат проблемы социальной несправедливости и классовых противоречий, говорил и фольклорист Салават Галин. С появлением классов в общественном развитии древних башкир в эпических сказаниях меняется и форма отражения исторической действительности. В формировании классового общества главную роль играет дальнейшее развитие производительных сил. Для народов, ведущих кочевой или полукочевой образ жизни, это определяется развитием скотоводства, в итоге в форме скота появляется частная собственность, которая постепенно начинает сосредотачиваться в руках предводителей родов – биев, одновременно формируется социальная группа обездоленных пастухов, наемных работников.
В итоге в обществе устанавливаются порядки, основанные на угнетении одних другими. Одновременно такие порядки усиливаются родо-племенными обычаями, в утонченной форме способствующими угнетению. Это ярко проявляется в эпическом сказании-иртэк «Акхак-кола» («Хромой буланый конь»).
Что касается сюжета сказания под названием «Бишколон», он, видимо, является одним из вариантов сказания более позднего времени, в котором явно вырисовывается отражение двух эпох – более древнего, архаического, и позднего, с нравственно-этическими мотивами (верность и любовь к родной земле, ее прославление).
Наш современник, ученый и этнограф Розалия Султангареева считает, что в эпическом произведении «Акхак-кола» в закодированной форме запечатлены древнейшие реалии, мифы, верования, знания о Вселенной, сторонах света, ритуалы и магия.

Розалия Султангареева
«Идея согласия и гармонии, а не борьбы и противостояния с окружающим миром, с природой как принцип выживания древнего человека – эта мудрость на высоком языке емко и художественно-символически отображена в данном произведении. Ритуалы обряжения плодородного скота, идеи очеловечивания мифического коня, сюжеты исчезновения разномастных коней и массового их убиения в единстве с поэтико-словесной компонентой воссоздают сложный сакральный текст. Так, обида Акхак-кола на хозяина – это профанированная форма архаичных обрядов жертвоприношений, маркирующих календарные циклы. Истоки этой обиды связаны не с реалиями «жестокого обращения» хозяина, а с циклами обновления времен года. Уход табуна – это уход определенного отрезка времени. Центральный герой –Хромой конь читается не столько в контексте культового почитания коня, а связан с первоначально архаичным противостоянием Коня и Человека – представителей двух миров. Выведение основным персонажем в эпосе Хромого саврасого связывается не столько с высшим обожанием и почитанием коня, сколько передачей в этом образе эпохальных информаций о происхождении «коня от человека» и тотемной идеи «коня-возвращенного предка». Конь – издревле мифологизированное животное у башкир, следы особого почитания его активны в бытовых традициях. Момент мести коня демифологизирован и имеет историко-социальные мотивации. В нем наиболее четко сохранены универсалии архаичного культа коня-священного прапредка, обучающего человека нормам поведения. Кроме того, хромота у Акхак-колы – знак священности. Мотив убиения коней связан с ритуалом жертвоприношений – ашвамедха. Архаичный ритуал имеет все соответствия с архитектоникой эпоса «Акхак-кола», а башкирский эпос представляется как переосмысление и художественная передача жертвенного ритуала. Убиение целого табуна коней в сказании проецируется как жертвенный обряд во имя возрождения рода, обновления. Основными семантичными эпизодами эпоса являются: побег табуна (символ исчезновения звезд, смены фаз времени и наступления безвременья), погоня-охота егета за табуном (образ осмысления ушедшего времени), борьба и достижение цели (убиение коней – уход старого времени), нарушение клятвы (испытание героя и переход в другой мир), вещие сны, предсказания (контакты с иными мирами) и смерть героя (символ окончания временного цикла). Отсюда вся фабула эпоса строится как передача информации о рождении и уходе старого времени, оценка поступков человека во времени, об испытании-постижении жизни через призму отношений к предкам (тотемам), покровителям и получении заслуженной удачи или кары (в эпосе наказание за нарушение клятвы)».
В целом, почти все тексты эпоса «Акхак-кола» отражают несколько главных мыслей.
Согласно морали кочевого общества: человек – хозяин домашних животных – должен их беречь и заботиться, как о равноправных членах коллектива. В сказании выражается мысль, что нанесение обиды священному коню, неуважение влечет за собой тяжелую кару – смерть хозяина.
1
Эпическое сказание «Акхак-кола» свидетельствует о высоком уровне морально-экологического мышления башкир. Народ осуждает жестокое, безжалостное и неблагодарное отношение к животному, которому он обязан благополучием. Жизнь показывает, что гуманное отношение к доверчивым и беззащитным созданиям морально облагораживает человека, а зло калечит его, несет ему и нравственную, и физическую гибель.
2
В условиях социального неравенства это народное предание в иносказательной форме передает в образе Акхак-колы стремление народа к свободе, порицает любые виды гнета против себя и призывает к активным действиям.
3
Произведение дает понять, как жили наши предки много веков назад.
4
Поэтика и напевность иртэка «Акхак-кола»
Исключительную ценность эпос «Акхак-кола» несет с точки зрения его языка и напевности.
По жанровой разновидности сказание относится к иртэкам (иртәк), в нем стихи чередуются с прозой. Прозаическая часть рассказывается, а стихотворная – поется или исполняется в сопровождении музыкального инструмента (домбры).
Форма стиха таких эпических произведений в некотором отношении напоминает казахский жыр, алтайский кай, каракалпакские дастаны.
Некоторые варианты «Акхак-кола» в основном имеют девятисложный стих. Поэтические монологи и диалоги персонажей обычно исполняются как песня, которая имеет собственную мелодию. Для данного иртэка характерен свой обиходный напев, в котором сочетается речитативность, повторность мелодических фраз. Фрагменты эпоса исполняются в стиле хамак-кюй. Хамак-кюй (дословно – песня-хамак), означает повествовательно-сказываемую манеру распева, выдерживаемую в речитативном или декламационном мелодическом стиле.

Разные певцы вносили в исполнение сказания о хромом саврасом свои индивидуальные оттенки: подчеркивали концы полустроф, по-разному окрашивали звук, усиливали громкость звучания в особо патетичных строфах. Варианты мелодии записаны и нотированы Хусаином Ахметовым, Загиром Исмагиловым, Львом Лебединским.
Современность эпоса
Башкирский народный эпос и по сей день исполняется народными сэсэнами и фольклорными коллективами.
Эпос «Акхак-кола» исполняет режиссер народного фольклорного коллектива «Дәрт» Вилмир Абубакиров (Межгорье).
Постепенно эпический напев «Акхак-кола» стал эпической песней. Мелодическую речитацию сменила широкая распевность, на первое место вышли законы песенности.
Песню «Акхак-кола» исполняет ансамбль «Асанай» д. Саитбаба, Гафурийский район.
Песню «Акхак-кола» исполняет группа «Аргымак» на фоне песочной анимации художника Екатерины Король.
Эпос «Акхак-кола» переведен на некоторые языки мира. Существуют переводы на русский, турецкий языки.

К сожалению, сегодня мало кто в полной мере владеет мастерством исполнения иртэков, кубаиров. Для этого необходимо уделять больше внимания изучению, возрождению и развитию древнего сказительского искусства башкир, лучших традиций словесных, словесно-песенных состязаний.
Эпос исполняет заслуженный работник культуры РБ, народная сказительница Асия Гайнуллина.
Передача «Акхак-кола» из архива БСТ (автор – А. Сулейманов).
Литература:
1. Башкорт халык ижады / Сост. А. М. Сулейманов. Т. 3. Уфа: Китап, 1998.
2. Киреев А. Н. Башкирский народный героический эпос. Уфа: Башкирское книжное издательство, 1970.
3. Башкирский народный эпос. Москва: Наука, 1977.
4. Галин С. А.. Отражение в эпосе протеста против социального гнета // Башкирский народный эпос. Уфа, 2004.
5. Сулейманов А. Башкирские сэсэны // Ватандаш. № 11. 2011.
6. Нравственный мир башкир: история и современность // Портал о дружбе народов «Все мы – Россия».
7. Духовная культура башкирского народа. Уфа: Башкирская энциклопедия, 2018.
8. Сулейманов Р. С. Башкирская народная песня // Диссертации по гуманитарным наукам. http: //cheloveknauka.
Использованы фотографии из архива ИА «Башинформ», интернет-ресурсов.
Аудио и видео – из фонда телерадиокомпании «Башкортостан», интернет-ресурсов.
© Акулова-Сулейманова Г. З., автор-составитель, 2020.